15 мая 2026 года Верховный Суд Российской Федерации внёс в Государственную Думу законопроект о смягчении наказания за незаконный оборот наркотических средств без цели сбыта. Инициатива касается одной из самых массовых статей Уголовного кодекса РФ — 228-й, по которой ежегодно выносятся десятки тысяч приговоров.

«Вестник Фемиды» проанализировал, как формировался новый подход высшей судебной инстанции к ответственности наркопотребителей, какие проблемы судебной практики стали поводом для пересмотра действующих санкций и почему сама высшая судебная инстанция называет нынешние сроки излишне суровыми.

От поручения Президента к законопроекту

История инициативы началась ещё в декабре 2023 года, когда после встречи членов Совета по развитию гражданского общества и правам человека с Президентом России Владимир Путин дал поручение Верховному Суду РФ проанализировать законодательство и правоприменительную практику по статьям УК РФ о незаконном обороте наркотиков и при необходимости представить предложения по их изменению.

27 мая 2025 года Пленум ВС РФ принял постановление № 3 о внесении в Госдуму законопроекта о пересмотре подходов к ответственности за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков. В апреле 2026 года Правительственная комиссия по законопроектной деятельности поддержала инициативу с учётом ряда доработок. И, наконец, в середине мая 2026 года документ был официально внесён в нижнюю пала-

ту парламента.

Авторы законопроекта подчёркивают, что речь не идёт о «кардинальной либерализации» уголовно-правовой политики в сфере противодействия наркопреступности. Изменения направлены прежде всего на снижение «избыточной репрессии» в отношении ограниченного круга лиц —больных наркоманией, молодёжи, граждан, впервые попавших в орбиту уголовного преследования. Из пояснительной записки к законопроекту

следует: проведённый ВС РФ анализ судебной практики выявил необходимость более взвешенного подхода законодателя к мерам ответственности за деяния, не связанные со сбытом.

Что именно предлагается изменить

Ключевые новеллы касаются статьи 228 УК РФ. Сейчас часть 2 этой статьи (приобретение, хранение, перевозка, изготовление наркотических средств в крупном размере без цели сбыта) предусматривает лишение свободы на срок от 3 до 10 лет. Часть 3 (то же деяние в особо крупном размере) — от 10 до 15 лет. Законопроект предлагает установить по ч. 2 наказание на срок до 5 лет, а по ч. 3 — до 10 лет. Принципиально важный момент: нижние пределы санкций исключаются совсем. Это даёт судам

значительно больше свободы в индивидуализации наказания.

Помимо этого, инициатива расширяет применение института отсрочки отбывания наказания, предусмотренного статьёй 82.1 УК РФ. Действующая редакция нормы позволяет суду отсрочить лишение свободы лицу, впервые осуждённому по ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 или ст. 233 УК РФ, признанному больным наркоманией и изъявившему желание добровольно пройти курс лечения и реабилитации. Законопроект распространяет

это правило также на впервые осуждённых по ч. 2 ст. 228 УК РФ. Кроме того, для впервые совершивших преступления небольшой тяжести по соответствующим статьям (ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 и ст. 233 УК РФ) предлагается исключить лишение свободы как меру наказания — вместо него суд сможет возложить обязанность пройти лечение и медицинскую или социальную реабилитацию.

Как пояснили в Верховном Суде, во многих случаях, когда наркопреступление не связано со сбытом, судьи и сегодня назначают наказание ниже нижнего предела санкций — пользуясь нормами ст. 64 УК РФ.

«Анализ судебной практики указывает на излишнюю суровость этой нормы (ст. 228 УК РФ), тем более что субъекты таких преступлений — потребляющие наркотические средства лица, зачастую нуждающиеся в лечении от наркомании», — отмечается в пояснительной записке.

Статистика, которая убеждает

Цифры, приведённые ВС РФ, говорят сами за себя: в 2024 году по статьям 228–234.1 УК РФ в России осуждены 69 921 человек — это около 13% от общего числа всех осуждённых по уголовным делам в стране. Из них непосредственно по статье 228 УК РФ — 50 802 осужденных.

Распределение по частям статьи 228 УК РФ за 2024 год показательно: по ч. 1 (значительный размер) осуждены 28 479 человек, по ч. 2 (крупный размер) — 18 864, по ч. 3 (особо крупный размер) — 85, по ч. 4 — 2. Лишение свободы реально назначено 9 403 осуждённым, условный срок —17 148. Оправдано пятеро.

Особенно интересна статистика по ч. 3 ст. 228 УК РФ: из 85 осуждённых в 2024 году к лишению свободы на сроки свыше 10 лет приговорены лишь 8 человек. Остальным судьи назначили наказание в пределах от 10 лет и ниже — то есть фактически уже сегодня выходят за минимальную границу санкции, установленной законом. Это и стало одним из ключевых аргументов Верховного Суда в пользу исключения нижнего предела.

Ещё один важный демографический срез: из числа осуждённых в 2024 году за наркопреступления 33,8% относились к возрастной группе от 18 до 29 лет, 1,8% на момент совершения преступления не достигли совершеннолетия. То есть значительная часть фигурантов — молодые люди, для которых тюремный срок становится «приговором» всей будущей жизни.

Когда смягчение не оправдано

Гуманизация подхода к наркопотребителям не означает индульгенции для всех. Верховный Суд последовательно проводит линию: индивидуализация наказания должна работать в обе стороны. Показательно дело, рассмотренное Судебной коллегией по уголовным делам ВС РФ, о незаконном культивировании в крупном размере растений конопли.

Суд первой инстанции исходил из того, что обвиняемый изготавливал наркотик с целью сбыта. Однако кассационный суд общей юрисдикции с этим не согласился, сославшись на отсутствие в материалах прямых сведений о причастности фигуранта к сбыту. В результате наказание было смягчено с 11 до 4,5 лет лишения свободы.

Заместитель Генерального прокурора оспорил кассационное решение, и высшая судебная инстанция встала на сторону прокуратуры. ВС РФ обратил внимание на то, что обвиняемый вырастил 26 растений конопли, изготовил каннабис массой 397,5 г (что более чем в 66 раз превышает значительный размер и более чем в три раза — крупный), хранил около полукилограмма листьев и стеблей. Согласно показаниям оперуполномоченного МВД, средняя разовая доза марихуаны для личного потребления составляет 0,5 г. Таким образом, осуждённый располагал готовым к употреблению наркотическим средством в количестве более 795 разовых доз.

Существенная деталь заключается в том, что обвиняемый понёс серьёзные финансовые затраты на оборудование специальных вагончиков —арендовал их, утеплил, обеспечил автоматическим освещением, обогревом, увлажнителями, приобрёл вакуумный упаковщик, упаковочный материал, электронные весы со следами тетрагидроканнабинола. Заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов установило: обвиняемый наркотической зависимостью не страдает.

«Изготовление и хранение 795 разовых доз наркотического средства вряд ли может свидетельствовать об отсутствии цели сбыта и намерении употребить такое количество запрещённых веществ лично», — отметил ВС РФ.

Высшая инстанция указала, что об умысле на сбыт могут свидетельствовать значительное количество, размещение в удобной для передачи расфасовке, оборудование специального помещения для длительного культивирования. Этот пример наглядно демонстрирует: гуманизация — это не послабление для тех, кто организует производство и распространение наркотиков, а уточнение границ ответственности для тех, кто сам

стал жертвой зависимости.

Закладка как стадия преступления

Один из наиболее принципиальных вопросов современной судебной практики — на какой стадии находится преступление по приобретению наркотиков через тайник-«закладку». От ответа зависит и квалификация, и срок. 10 июня 2025 года Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ рассмотрела кассационное представление заместителя Генерального прокурора по делу, ставшему в этом смысле прецедентным (кассационное определение № 83-УДП25-4-К1).

Двое осуждённых договорились приобрести наркотическое средство без цели сбыта. Через мобильное приложение они заказали и оплатили запрещённое вещество у неустановленного лица, получили фотоизображение и географические координаты тайника. Прибыв в указанную сбытчиком местность и используя навигационное приложение, фигуранты направились к участку тайника. Однако свой умысел реализовать не смогли — были задержаны сотрудниками полиции.

Суды первой и апелляционной инстанций квалифицировали действия осуждённых по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 228 УК РФ — как приготовление к незаконному приобретению без цели сбыта в крупном размере. Задержанные «прибыли в лесной массив с целью отыскания места тайного размещения наркотического средства, однако сделать этого не смогли», то

есть «лишь создали условия для совершения преступления».

Заместитель Генерального прокурора с такой квалификацией не согласился. По его мнению, после оплаты, получения координат тайника и прибытия в указанное место осуждённые приступили к выполнению объективной стороны преступления — то есть фактически совершили покушение. Высшая судебная инстанция приняла доводы прокуратуры: «стадия покушения на преступление отличается от стадии приготовления

совершением действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления». Дело было направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Это решение имеет принципиальное значение. Разница между приготовлением (ч. 1 ст. 30 УК РФ) и покушением (ч. 3 ст. 30 УК РФ) — это разница в сроках наказания: за приготовление оно не может превышать половины максимального срока, за покушение — трёх четвертей. На фоне обсуждаемой реформы такие тонкости квалификации приобретают двойное значение: суды и так получают всё больше пространства для индивидуализации, и важно, чтобы это пространство использовалось корректно.

Где гуманизация неуместна

Параллельно с обсуждением законопроекта суды продолжают рассматривать дела о реальном наркобизнесе — и здесь подход остаётся жёстким. В 2025 году Калужским областным судом был вынесен приговор 39-летнему гражданину по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ — незаконное производство наркотических средств организованной группой в особо крупном размере.

Суд установил, что в 2024 году подсудимый, действуя в составе устойчивой преступной группы, на деньги, полученные от неустановленного руководителя, арендовал частный дом в Жуковском районе Калужской области. Там он оборудовал лабораторию и произвёл наркотические средства нескольких видов общей массой более 9 килограммов, расфасовал их и приготовил для распространения. В октябре 2024 года преступная деятельность была пресечена сотрудниками полиции.

Это дело иллюстрирует принципиальную позицию: смягчение санкций касается исключительно ст. 228 УК РФ (хранение без цели сбыта). Статью 228.1 УК РФ (производство и сбыт) реформа не затрагивает. Более того, в пояснительной записке к законопроекту ВС РФ подчёркивает: ответственность за сбыт наркотиков, особенно совершённый организованной группой и в особо крупном размере, остаётся максимально строгой. Реформа призвана разделить две принципиально разные категории

фигурантов: больных наркоманией потребителей и тех, кто наживается

на их зависимости.

Позиция Генпрокуратуры

Не все правоохранительные ведомства поддержали инициативу единодушно. На пленуме Верховного Суда 27 мая 2025 года заместитель Генпрокурора Игорь Ткачёв сообщил, что Генеральная прокуратура не согласна с сокращением санкций за незаконный оборот наркотиков в крупном и особо крупном размерах без цели сбыта. Свою позицию надзорное ведомство объяснило сохраняющейся высокой общественной опасностью таких деяний.

Тем не менее работа над законопроектом была продолжена. Правительство в апреле 2026 года поддержало инициативу с оговорками: некоторые формулировки потребовали доработки, чтобы исключить рискимассового пересмотра ранее вынесенных приговоров и возможного возвращения освобождённых граждан к противоправной деятельности.

Депутат Государственной Думы Евгений Попов отметил: «228-ю давно называют „народной статьёй», 60% всех сидельцев в тюрьме — за наркотики. Гуманизация наказания — в целом шаг правильный, но как бы нам не получить новую волну наркомании».

Председатель Верховного Суда Игорь Краснов в письме спикеру Госдумы Вячеславу Володину выразил убеждение: «Принятие законопроекта повысит эффективность государственной антинаркотической политики, а также разрешит имеющиеся проблемы правоприменения».

Источник публикации: Вестник Фемиды № 19 (205) Май 2026

Ведущий специалист

Ладыко Анна Михайловна