Незабываемые страницы жизни.

 Почему все не так? Вроде – все как всегда:

То же небо, опять голубое.

Тот же лес, тот же воздух и та же вода…

Только – он не вернулся из боя.

В. Высоцкий.

                Л.Н. Толстой в романе «Война и мир» пишет, что война-это самое страшное явление в мире,  кровь, грязь и всякая гадость. 80 лет прошло со дня  Победы над фашисткой Германией.  Ничего не забыто, раны кровоточат. 80 лет – срок, за который живая память превращается в историю.  Великая Отечественная война -  это не  только даты на страницах учебников, не только салюты и парады  в День Победы. Это тысячи семейных историй, в которых смешались боль, надежда и вечная память.   В нашей семье тоже есть такая история – о моем деде, который ушел на фронт  и не вернулся.

              Великая Отечественная война  кровавым колесом проехала по нашей земле, по каждой семье. Наши деды остались навечно молодыми. Двадцатилетним, отцом двоих  дочерей, ушел на фронт  мой дед Куба Леонид Абрамович, в тылу осталась семья, старенькая мать.  Его жена, моя бабушка Наташа вспоминала, что  призывали всех мужчин села, всем миром провожали сыновей, отцов  защищать Родину.

             Дед писал с фронта, особенно  моей маме запомнилось его письмо из-под Воронежа. Она вспоминает, что бабушка часто читала это письмо, жаль, что этот пожелтевший треугольник затерялся сейчас. Особенными были строки: «Все гремит, пули свистят над головой, заканчиваю писать, напоминай детям, что у них был отец.»  Это письмо было последним.  Дед был стрелком.  После этого не было ни писем, ни известий. Позже пришло письмо, короткое, казенное, что дед пропал без вести под Воронежем. Что скрывается за этими строчками? Плен? Героическая гибель? Или безымянная могила в болотах под Воронежем? Эти вопросы до сих пор остаются без ответа.  Но сыновья, мужья,  отцы семейства воевали, продолжали приближать победу.  После победы бабушка  не сдавалась, подавала в розыск, ездила в Воронеж, писала в архивы, разыскивала однополчан,  но все безрезультатно. Каждый шорох за дверью рождал безумную надежду: «А вдруг он?!?»  Но годы превратились в десятилетия, а надежда – в тихую печаль.

            Не менее важным фронтом был тыл. Вся работа в поле, на фермах, заводах легла на плечи женщин и детей. Бабушка Наташа работала на ферме дояркой, потом заведовала всем животноводством, была ветеринарным врачом. Рассказывала, как пахали землю на коровах. Было несколько тракторов, на которых работали молоденькие девушки с раннего утра до позднего вечера. А поздними вечерами, ночами, молодые солдатки,  22 летние вдовы  собирались и вязали на фронт носки, варежки  с указательным пальцем, чтобы воинам было легче стрелять. Мама запомнила  эти вечера в их доме:  дети на печке, а женщины вокруг стола с керосиновой лампой плакали, пели и вязали.

            Ребятишки, сейчас это престарелые люди, их называют дети войны, становились взрослыми очень рано. На их плечах было домашнее хозяйство, да и работа в поле, на ферме, на заводах и фабриках.  Мама часто вспоминает, что,  будучи пятилетним ребенком, она чистила клетки у поросят в колхозном свинарнике, выгоняла их  на пастбище. Начальником у нее был двенадцатилетний мальчишка.  В один из дней   в стаде потерялось семь свиноматок, искали всем селом, нашли, а спрашивали с детей как со взрослых.  В школу мама пошла только в восемь лет, потому что нужно было работать на свиноферме. 

             Запомнились маме дни, когда  после войны стали  возвращаться солдаты домой. Счастлива была семья,  в которую вернулся  сын, отец.  Моя прабабушка одевалась во все чистое, выходила  за околицу села, спрашивала у всех возвращающихся с фронта: «Не видели ли моего Леньку?»

          Мама  часто рассказывает и сейчас про своего отца, моего деда Леонида, которого я никогда не  видела, но чей образ стал частью моей души.  От деда остались всего лишь две фотографии, которые мы с трепетом и бережностью храним. Дед не имеет наград, но разве от этого его жертва стала меньше?  Он шел в бой не за награды, а за то, чтобы мы, его потомки, могли жить под мирным небом. В  моем сердце дед навсегда останется героем, не потому, что он совершил подвиг из учебника, а потому, что дед был одним из тех, кто стоял насмерть.

             Праправнук моего деда Леонида спрашивал мою маму (свою бабушку): «Пропал без вести. Что это значит?» Что ответить?  Сколько еще солдат, защитников Родины остались безвестными? Хотя бы знать, где дед похоронен, какой земле поклониться.

            Вот такой ценой досталась Победа.   С годами такие раны не заживают, продолжают кровоточить.

           Часто вспоминаются слова бабушки Наташи, в двадцать лет ставшей вдовой с двумя маленькими девочками на руках: «Так потребовала Родина, надо ее защищать!»

           Каждый год 9 Мая  мы всей семьей идем к памятнику  солдату в селе, где живут мои родители, это стало уже традицией.  Для нас это не абстрактный памятник – это он, дед Леонид, чья жизнь оборвалась  в  27 лет. Мы кладем к подножью алые гвоздики, а мама шепчет: «Спи спокойно, родной, мы помним!»

           Пропавший без вести… Дед не исчез. Мне кажется, он стал звездой на небе, белым журавлем, шелестом берез у обелисков,  тихим эхом памяти. И пока я, моя мама  говорим о нем,  передаем его историю следующим поколениям нашей семьи, он жив. В этом и есть настоящая Победа в Великой Отечественной войне, Победа над забвением, над смертью, над самой  войной.

            Мир праху вашему, дорогие защитники Родины!

Председатель Сорского районного суда

Республики Хакасия

Н.Ю. Козулина